Противоположность хаоса - не порядок. Противоположность хаоса - другой хаос.

Слава русскому долбое...му! Только он, великий и могучий, держит нас на плаву. Перед ним отказывает техника и трепещет враг. Русский долбое...м - самое страшное оружие человечества и против человечества. Нет таких преград, что не смог бы преодолеть по чистой случайности русский долбо...б и нет такого ущерба, которого ненароком он не мог бы нанести! Все ему под силу. Любое проявления руссского долбое...ма начинается с фразы "А наср...ь!" и заканчивается фразой "Ой, бл...!". Русский долбоеб...м - явление стихийное и потому никакому контролю, учету и логике не поддающееся. Бывает он массовый, бывает индивидуальный - какой угодно бывает. И сила множества русских долбое...в, слитая воедино, возрастает в геометрической прогрессии, все сметая на своем пути.
Крадется за нашими спинами коварный враг, чтоб открутить секретную контрагайку на великой русской "Всемпиздецмашине", чтоб обратила она свою чудовищную мощь против русских же ее создателей, и откручивает он ту контрагайку и хохочет злодейски, ожидая пока машину ту включат. Но подходит к машине русский долбо...б и нажимает по причине глубоко своего долбоеб...ма абсолютно неверную комбинацию кнопок и рычагов, после которой сломаться должна машина, выйти из строя безвозвратно; но вкупе с отвернутой контрагайкой непостижимым образом начинает машина еще мощнее, еще эффективнее, обращая энергию свою против супостатов России. И бежит, утирая кровавые сопли, коварный враг, не в силах постичь и в малой степени всей глубины русского долбое...ма. Так славься русский долбоеб...м, прохватывающий русского человека легким насморком, зато косящий иноземцев черным чумным поветрием!
На это клала и класть будет русская земля!

Собака Б. (B.-dog).

Вступительное слово

Среди болот, на Гримпенской равнине
Давным-давно стоит старинный дом,
А в нем живет, уже забытый ныне,
Род Баскервилей. Но о них потом.
Поскольку главное лицо рассказа,
Вернее, морда, честно говоря, -
Одна собачка. Эта вот зараза
Живет в болотах третий век подряд.
Чудесное, премилое созданье –
Под центнер весом, зубы в три ряда
И метр в холке. В рацион питанья
(Вы будете смеяться, господа)
У этой твари входят Баскервили –
На завтрак, полдник, ужин и обед
Собачка без особенных усилий
Ест поедом их третью сотню лет.

На прочих всех она кладет с прибором –
Видать, некалориен местный люд.
И фермеры, отгородясь забором,
Кладут в штаны, трясутся, но живут.
А чтобы пуще подпустить интригу,
Пред тем, как ей на дело выходить
И слопать Баскервиля как ковригу,
Собачка на болотах любит выть.

Однако, к делу. Две назад недели
Лорд Баскервиль семидесяти лет
Окончил дни свои, но не в постели,
А угодив к собачке на обед.

Он двинул кони столь оперативно,
Когда собачку ночью повстречал,
Что стало псу, наверное, противно –
Побрезговав, тот есть его не стал.

Взамен дедули родственничек дальний –
Сэр Генри – привезен был на убой.
Но, чтобы оттянуть конец печальный,
Сюда он захотел привезть с собой
Шерлока Холмса с Ватсоном на пару,
Чтоб двое этих лондонских ребят,
Поймав собачку, задали ей жару,
Спася тем самым сэра Генри зад.
Итак, сэр Генри, запершись в поместье,
Изничтожает виски на корню.
Собачка на болотах алчет мести
И составляет новое меню.
А Холмс и Ватсон, будучи в движеньи,
Готовят план грядущего сраженья.

Выходят Холмс и Ватсон в женских нарядах.
В. – Послушайте, Холмс, в этом идиотском наряде я чувствую себя некомфортно и неудобно. Потрудитесь объяснить, на кой черт мы так вырядились?
Х. – Элементарно, Ватсон. Если никто не будет знать, что мы – сыщики, то нам будет гораздо легче найти преступника. И вообще, хватит уже препираться, давайте, входите в образ.
В. – Легко сказать – входите. Это образ моей жены, он 46-го размера. При моем 52-м я еле в него влез.
Х. – Очень хорошо, вы у нас будете замужняя дама – миссис Ватсон. Я холост, поэтому буду мисс Холмс.
В. – В таком случае, вы – старая дева.
Х. – А вы – усатая женщина. Я же просил вас сбрить свои усы. Много ли вы видели усатых женщин?
В. – Достаточно. У моей бабушки были усы.
Х. – И трехдневная щетина.
В. – Холмс перестаньте, вы же сами курите трубку. Много ли вы видели женщин с трубкой?
Х. – Моя бабушка курит трубку. И, в конце концов, помолчите, миссис Ватсон! Сюда идут! (входит Бэримор)
Б. – Вы к сэру Генри?
Х. – Да, голубчик.
Б. – Как прикажете доложить?
Х. – Миссис Ватсон и мисс Холмс. По личному делу.
Б. – Хорошо. Подождите здесь. (уходит, его голос слышен из-за кулис) К вам трансвеститы, сэр!
В. – Я же говорил, что нас раскусят!
Х. – В каком смысле, Ватсон?!
В. – А, Бог с вами. Идемте!

Холмс, Ватсон, сэр Генри и Бэримор
СГ. – Господа, если бы вы только знали, как я рад вас видеть! Эта собака доведет меня до сумасшедшего дома – и это в лучшем случае! Она буквально преследует меня! Всю ночь она воет под окном и пишет на заборе всякие гадости. Вот полюбуйтесь! (на кулисах – надпись «Баскервиль – лох») А днем она рассказывает на болотах окрестным фермерам непристойные анекдоты про меня и моих папеньку и маменьку.
Х. – Еще бы, сэр Генри. Ведь она хочет вас убить.
СГ. – Как?! (хватается за сердце и садится на пол)
Х. – Хм, Ватсон, разве вы не сказали об этом сэру Генри?
В.- Я полагал, это сделаете вы.
Х. – Да? Впрочем, ладно. Это дела не меняет. Успокойтесь, сэр Генри, пока мы здесь, вам ничего не угрожает, в крайнем случае, мы за вас отомстим.
СГ. – Это весьма… обнадеживает.
Х. – К делу, господа. Для того чтобы изловить зловредную тварь, необходимо для начала составить план. (рисует, тем временем Ватсон начинает курить трубку Холмса) Итак, вот здесь, в центре, поместье. Обозначим его буквой Икс.
СГ. – Буквой Хэ.
Х. – Как вам угодно. Соответственно, в поместье находимся мы. Для пущей секретности и удобства наши имена придется закодировать: я буду Шерлок Хэ, вы – доктор Вэ, вы – сэр Гэ, ну, а вы, Бэримор… вы будете Бэ, просто Бэ.
СГ. – Но на карте уже есть одно Ха. Мы можем запутаться.
Х. – Вы думаете? А вы как считаете, Бэримор?
Б. – Да, сэр, мне кажется, что два Хэ в одном месте - это как-то многовато.
Х. – Хорошо, в таком случае поместье мы обозначим буквой Игрек. Вот так. А собака Баскервилей у нас будет Бэ.
СГ. – Но Холмс, у нас уже есть одна Бэ – Бэримор! Не правда ли?
Б. – Да, сэр, две Бэ в одном месте - это тоже как-то многовато.
Х. – Хорошо. Тогда Бэримор у нас будет обозначен как Зэд. Хэ, Вэ, Гэ и Зэд находятся в Игреке. Понятно?
СГ. – В принципе, да.
Х. – Тогда продолжим. Мы – здесь, а собака Бэ… собака Бэ… Эта Бэ где-то рядом! План действий такой: сегодня ночью Гэ идет прогуливаться вокруг Игрек. Почуяв запах Гэ, к нему устремляется известная вам Бэ. Как только она это делает, Хэ, находящийся в засаде, нападает на Бэ. Бэ бросается на Хэ, но тут подоспевает Вэ, он вдвоем с Хэ скручивает Бэ, и все заканчивается нашей полнейшей Пэ, то есть победой. Ну как?
СГ. – То есть вы хотите меня ночью в одиночку отправить на болота?..
Х. – Да, эта метода называется «охота на живца»!
СГ. – Но я не хочу быть живцом! Тем более в одиночку!
Х. – Не хотите – не будете! С вами пойдет Бэримор, простите, Зэд. Зэд будет прикрывать ваш зад… Ха-ха-ха, по моему, неплохой каламбур вышел, господа! Так вы прикроете… Сэра Генри, Бэримор?
Б. – Не в первый раз, сэр.
Х. – Отлично, отлично. В таком случае, господа, вы можете идти готовиться к своему ночному патрулю, а мы с Ватсоном поищем место для засады. (Сэр Генри и Бэримор уходят) Ну как вам, Ватсон?
В. – (с трудом отрываясь от трубки Холмса) У вас отличный план, Холмс…
Х. – У нас впереди трудная ночь, Ватсон… (доносится вой собаки) …пойдемте, выпьем чего-нибудь согревающего…

Отступление. Краткая история рода Баскервилей.
Основатель рода – отважный, галантный и немытый рыцарь сэр Артур – попал на эти болота после грандиозной попойки с Генрихом Завоевателем. Очнувшись в середине 11 века рано утром на болотной кочке, но спьяну основал это поместье и нарек его «Бас-кер-виль», что по-староанглийски значит «Где я? Кто я? Как меня зовут?». Если бы в тот момент хоть кто-то догадался похмелить отважного рыцаря, он наверняка основал бы родовое поместье в несколько более сухом и удачном месте. Умер он от напавшего на него приступа икоты, после чего поместье решили сжечь. Но поскольку икота напала на всех, то данное мероприятие на время отменили.
Следующий по списку достославный представитель рода – сэр Бэзил Баскервиль, большой друг, кстати, шерифа Ноттингемского, с которым вдвоем они и пытались изловить Робин Гуда для удовлетворения своих низменных потребностей. Но прославленный разбойник опередил их в этом стремлении, после чего сэр Бэзил залился краской стыда, в которой и утонул в первой половине 12 века. Робин Гуд решил сжечь поместье, но в силу природной неграмотности не нашел его на карте.
Сэр Цезарь Баскервиль. Активный участник Крестовых походов, из коих он и привез домой саженцы мандаринов, неувядаемую славу, любовь к многоженству, пару интересных заболеваний и привычку делать обрезание. Стал известен тем, что держал в доме прислугу исключительно женского пола, называя ее «моей семьей». Умер в 13 веке от удовольствия, предварительно испортив всю округу, за что поместье решили сжечь, но поскольку все были заняты лечением, то руки как-то не дошли.
А вот сэр Дуглас Баскервиль. Участник Столетней войны с первого до последнего ее дня, чем безумно гордился еще 50 лет после ее окончания. Утверждал, что был лично знаком с Жанной Д`Арк, поскольку сам запаливал костер, на котором она стояла. Любил повторять: «Славная была девушка, с огоньком». Умер в конце 15 века от склероза – забыл, как дышать. В отместку за Жанну поместье решили сжечь, но поскольку пошел дождь, то мероприятие отложили до более погожего момента.
Следующий – сэр Яков Баскервиль. Ничего не свершив на родине, решил эмигрировать в новый Свет, где и занялся разведением картофеля, обращением тамошних индейцев в истинную веру и ностальгией. Написал пару похабных стишков про королеву, за что и считается одним из первых диссидентов. На церемонии повешения первого человека в Америке скоропостижно скончался от перелома шейных позвонков. В наказание за диссидентство поместье решено было сжечь, но тут выяснилось, что стишки королеве понравились.
Сэр Фродо Баскервиль. Имел чрезвычайно малый рост и до ужаса волосатые ноги, по каковой причине любил ходить босиком. На этой почве простудился, заболел, впал в горячку и сделался буен ориентировочно в конце 16 века. В бреду постоянно кричал про какое-то кольцо, которое надо сжечь. Поскольку данного кольца так и не нашли, то по смерти сэра Фродо во исполнение воли покойного было решено сжечь поместье, но всех как-то заломало.
Так. Сэр Джордж Баскервиль. Имел капитальных тараканов в голове, собирался почему-то воевать с Персией, неизвестно зачем снес две башни поместья – северную и южную. Всю жизнь нес совершенную ахинею, отчего надорвался и помер в середине 17 века. Поместье на всякий случай решили сжечь, но потом так же, на всякий случай, решили этого не делать. А зря.
А вот и он – Хьюго – проклятие рода Баскервилей. Прорубил по всему поместью окна – сначала 95, потом 98 штук, развел мышей и коврики; вел аморальный образ жизни, чем и накликал на весь род проклятие. Постоянно пытался взломать соседние поместья, в чем немало преуспел. Любил бегать по болотам с мушкетом и разрывными пулями Дуум-Дуум, отстреливая на своем пути все живое, где, в конце концов, и нарвался на собаку, которая его и завалила. С тех пор его так и называют - Хьюго собака Баскервиль… (с болот доносится вой собаки)

Темная сцена, слышатся голоса
СГ. – Бэримор, вы где?
Б. – Я здесь, сэр.
СГ. – А точнее?
Б. – Я полагаю, у вас за спиной, сэр. Прикрываю вас, сэр, как велел мистер Холмс.
СГ. – А вы точно у меня за спиной?
Б. – Не уверен, сэр. Очень темно, знаете ли. Но со мной рядом определенно кто-то есть; я надеюсь, что это вы, сэр.
СГ. – Бэримор, у вас есть оружие?
Б. – Так точно, сэр – ваш фамильный набор вилок.
СГ. – Бэримор, тогда не могли бы вы слегка ткнуть того этого, что рядом с вами. Тогда мы точно будем знать – я это или нет.
Б. – Хорошо, сэр.
СГ. – Ау! Бэримор! Да, это я. Вы меня чертовски успокоили.
Б. – А уж вы-то как меня успокоили, сэр.
СГ. – Теперь, когда мы хоть в чем-то уверены, пойдемте дальше.
Б. – Хорошо, сэр. Теперь я знаю, как вас найти, если что.

Х. – Ватсон, вы где?
В. – В засаде, Холмс, как вы и велели.
Х. – Хорошо, а где, в таком случае, засада?
В. – Там, где я, Холмс.
Х. – Обнадеживающе. Ватсон, вы видите собаку?
В. – Нет, Холмс. А вы?
Х. – И я – нет. Но она есть. А вы видите сэра Генри?
В. – Нет, Холмс, но он, наверное, тоже где-то есть. Давайте позовем его.
Х. – И раскроем собаке всю нашу засаду?! Не беспокойтесь, Ватсон, как только она нападет на сэра Генри, он даст нам знать.
В. – Каким образом, Холмс?
Х.- Не знаю, мы не обговаривали детали. Но, я думаю, он будет стараться.
В. – Холмс! А если собака появится, но не нападет на сэра Генри?
Х. – Тогда мы за ней просто понаблюдаем.

СГ. – Бэримор, вы все еще рядом со мной?
Б. – Не уверен, сэр. Все зависит от того, где вы сами.
СГ. – Стойте, кажется, я вас вижу, Бэримор. Но почему у вас такие большие глаза?
Б. – Чтобы лучше вас видеть, сэр.
СГ. – А почему у вас такие большие уши?
Б. – Хм, наверное, чтобы вас лучше слышать, сэр.
СГ. – Бэримор, а почему у вас такой большой… хвост?..
Б. – Это не совсем хвост, сэр. Вернее, это совсем не хвост, потому что у меня нет хвоста, сэр. Мне кажется, что это вообще не я, сэр…
СГ. – Тогда это… А-А-А-А-А!!! Это собака!!! Спасайте меня, Бэримор!!! (на сцене начинается дикая беготня и свалка)
Б. – Уже бегу, сэр! Получай, проклятое животное!!!
СГ. – Ау!!! Это же я! Собака сверху! Холмс, Ватсон, на помощь!!!
Х. – Уже бежим, сэр Генри! Ватсон, обходите собаку с флангов!
В. – А где у собаки фланги, Холмс?!
Х. – Там, где уши! Обходите собаку с ушей!!!
В. – Да где же у нее уши?! Ничего не видно, хоть глаз выколи! А, точно, глаз! Нна!
Б. – Не мой глаз, сэр!
В. – А, это вы, Бэримор. А где сэр Генри?
Б. – Не знаю, сэр. 10 секунд назад мы с собакой стояли на нем, сэр.
Х. – Не беспокойтесь, друзья, теперь на сэре Генри стою я. Он цел. Собака бежала на болота.
СГ. – Холмс, так что же вы стоите?! Пойдемте туда ловить ее!
Х. – Хорошо. Мы с Ватсоном пойдем по левой тропинке, а вы с Бэримором – по правой. Собаке некуда будет деться, и где-нибудь посередине мы ее обязательно сцапаем. (все четверо спускаются в зал)
СГ. – Холмс, вы уже поймали собаку?
Х. – Пока нет. А вы?
СГ. И мы – пока нет. Бэримор, а что это за огоньки на болоте?
Б. – Это старые рудники, сэр. Говорят, там скрывается каторжник Сэлден.
СГ. – Да не в этой стороне, а вон там!
Б. – Это ваше поместье, сэр. Горит свет в окне.
СГ. – А почему вы его не выключили, Бэримор?
Б. – Я выключил. Видимо, кто-то пришел и включил, сэр.
СГ. – Кто-то пришел и включил?... Холмс! Срочно бежим назад, в поместье!
(все четверо возвращаются на сцену)
Б. – Дверь не открывается. Заперта изнутри, сэр. И еще тут какая-то записка, сэр.
Х. – «Теперь это мой дом. Поживите с мое на болотах – еще не так взвоете. Навсегда ваша, целую – собака Б.». Что ж, раз собака теперь заперлась в доме, и потому не представляет опасности для сэра Генри, то нашу миссию можно считать выполненной. Мы возвращаемся в Лондон, Ватсон. Если поторопимся, то еще успеем ко второму вагону.
Б. – Поскольку я остался без дома и без работы, то не могли бы вы взять меня с собой, сэр? Я хороший дворецкий.
В. – Но у нас уже есть миссис Хадсон.
Б. – Я женюсь на ней.
В. – Но ей 90 лет…
Б. – Мой любимый возраст.
В. - …она вся седая…
Б. – Мой любимый цвет.
В. - … и маленького роста…
Б. – Мой любимый размер.
В. – Ну, хорошо, Бэримор, едемте, а там разберемся. Признаться честно, мне уже слегка поднадоела эта старушенция. (Холмс, Ватсон и Бэримор уходят)
СГ. – Стойте, а как же я?! Куда мне теперь податься – на болота, что ли?! (убегает)
Выходит Бэримор:
- С тех пор в окрестностях Гримпенской трясины появилась новая легенда – о страшном, оборванном и заросшем человеке, который живет на болотах и жуткими воплями по ночам пугает всю округу. И теперь ни одна собака – ночью на болота – ни ногой.

В музей университета как-то пришел новый сотрудник с очень редким отчеством. Звали его Эдуард Бариевич. Один из молодых работников ослышался и пару дней ходил в твердой уверенности, что новенького зовут Дарт Вейдерович.

На гражданке люди пьют в основном, чтоб обострить ощущения, на войне - чтоб притупить их.

Реклама 14 века.
В палаты князя московского вбегает гонец:
- Княже! Новость великая! Татары на Тверь с войском идут!
Князь:
- Опаньки! Дождались!
Голос за кадром:
- Некоторые вещи - бесценны. Для всего остального есть Калита.

Еду в маршрутке в День Пограничника. Сзади девушка щебечет с подружкой по мобильному:
- Да-да, сегодня с утра одела брюки. Нет, юбку сегодня нельзя! Я уже опытная, в прошлом году с пограничниками гуляла. Никакой юбки, только брюки!
Улыбнуло.

Даже то, чтоб тебе пришли плюнуть на могилу, надо заслужить.

Что-то накатило... Дай, думаю, напишу что-нибудь из моментов августовской экспедиции.
В том районе, где мы работали, шел ремонт дороги, причем капитальный. КАМАЗы ездят, бульдозеры ползают, экскаваторы копают, катки укатывают - все как положено. Ну и в ходе работ наткнулись они на кювет с останками. Люди оказались с пониманием, копать в этом месте прекратили, дали занть кому надо, и в конечном итоге информация дошла до нас. Отправились мы искать то место, где они дорылись до костей. Стопим самосвалы, водилы точно ничего не знают. В конце концов возле сельмага нам попался невзрачного вида дядька в состоянии легкой поддатости. И он указал:
- Идите вон туда, там через пару километров экскаватор работает и экскаваторщик с лицом Генриха Наваррского. Вот он знает. Только про Генриха ему не говорите, а то он обижается сильно.
Дааа, это есть велики унд непонятни русски народ... Где простые стооители знают, как выглядел Генрих Наваррский.
В общем, до экскаватора мы дошли и Генриха того встретили и останки те выкопали и захоронили на кладбище.
А вернулся домой, глянул в интернет - действительно похож!

Еще 5 копеек в мою копилку студенческих маразмов.
- ...в ходе реформ Потемкина и Суворова русская армия получила новую форму, а всем русским солдатам была сделана прическа каре...
Ничего себе, гламуренькая армия... Самый сок в том, что сказал это парень, а не девушка.